Подозреваются все (2025)

Помолвочное кольцо сверкало на пальце Вероники, и весь мир казался таким же чистым и ясным, как этот бриллиант. Максим встречал гостей своей спокойной улыбкой, и она ловила себя на мысли, что счастье бывает таким простым и надежным. Первый тост уже прозвучал, когда в дверь постучали. Не гости. Люди в форме и с бесстрастными лицами попросили Максима пройти с ними. Фраза "подозревается в убийстве" прозвучала так нелепо, что Вероника даже не сразу ее осознала. А потом следователь, избегая ее взгляда, уточнил: жертва Анна Соколова. Его законная жена. Слово "жена" врезалось в сознание, как осколок. Все вокруг - платье, цветы, недоумевающие лица друзей - в один миг стало театральной декорацией к чужой пьесе. И главную роль в ней играл человек, которого, как выяснилось, она не знала вовсе. Официальным расследованием занималась полиция, но в подъезде, где жила погибшая Анна, свою тень уже отбрасывал Стас Чумаков. Бывший следователь, а ныне частник с испорченной репутацией и квартирой через стену. Он знал Анну в лицо, здоровался с ней в лифте. Для полиции это было рядовое дело, а для него - последний билет назад. Шанс доказать, что его чутье не заржавело, а принципиальность - не синоним краха.

Вероника не рыдала и не ломала руки. Она заварила крепкий кофе, открыла ноутбук и начала копать. Ей нужна была не слепая вера, а факты. Почему он скрыл брак? Что связывало его с Анной на самом деле? Каждый найденный документ, выписка из реестра, старый договор - был как пощечина. Она смотрела на подпись Максима и не узнавала почерк. Стас, наблюдая со стороны за ее методичной работой, сначала усмехался: "юрист-романтик ищет оправдания". Но вскоре усмешка сошла с его лица. Он увидел не истерику, а холодную, расчетливую ярость. Он предложил помощь не из жалости, а из уважения к такому же упрямству, какое когда-то погубило его карьеру.

Вместе они начали поднимать пласты этой чужой жизни. Нашли страховку на крупную сумму, оформленную за три недели до смерти. Обнаружили, что у "успешного" бизнеса Максима зияли дыры, прикрытые сомнительными кредитами. Выяснили, что Анна в последние недели металась по городу, встречаясь с людьми, не имевшими к их браку никакого отношения. Максим из надежного жениха превращался в человека, загнанного в угол долгами и ложью. И тогда стало ясно, что смерть Анны не сведение семейных счетов. Это был акт в другой, более мрачной истории. Кто-то очень хотел закрыть ей рот, а Максим, со своей двойной жизнью, оказался идеальным подозреваемым. Правда лежала глубже, и пахла она не ревностью, а деньгами и страхом. Чтобы добраться до нее, Веронике и Стасу пришлось стать командой, где ее юридическая хватка цеплялась за его полицейский инстинкт, а общее недоверие к миру оказалось крепче любой симпатии.